» » Шокирующие откровения приемной матери: «Этих детей невозможно полюбить»

Шокирующие откровения приемной матери: «Этих детей невозможно полюбить»

Шокирующие откровения приемной матери: «Этих детей невозможно полюбить»Евгения, воспитавшая 21 ребятенка, призналась, что ни за что не повторила бы такового «подвига»
Вчера в 18:01, просмотров: 19799
Законопроект об ужесточении правил оформления опеки и попечительства над детдомовскими ребятенками внес вчера в Госдуму депутат Сергей Вострецов. Не более трех в одни десницы и всего после того, будто от них письменно откажутся все родичи, не всего родители. «Детвора не гуси, чтобы десятками их раздавать», — жестко прокомментировал свою инициативу парламентарий...

Сквозь десницы москвички Евгении Хохловой миновали даже не десять — двадцать один-одинехонек детище. Евгения рассказала нам о своей жизни.

Евгения с кровным сыном.
После скандальной истории с фамилией Светланы Дель, когда опека изъяла у приемных родителей десять ребятенков, за какими якобы ахово бегали, издевались и гвоздили, российское общество взаправду раскололось надвое.

Одни утверждают, что это «заказ», спланированный наезд на усыновителей. Иные — что невозможно воспринимать чужих будто кровных: можно взять под опеку одного, двух, трех бессчетно, однако чем вяще, тем больше накапливаются усталость и агрессия.

На этих обездоленных ребятенков?

Или на себя самого, добровольно подписавшегося на таковое?

Многие детвора, влетевшие к Евгении Хохловой — с психиатрическими диагнозами, с интеллектуальной отсталостью. Сейчас она, психолог и педагог, бывший завуч в школе, воспитывает одиннадцать человек, среди которых — двое ее собственных.

А итого у нее своих, чтобы вы разумели, шестеро.

Ага, это был всего ее выбор: стать еще и многодетной приемной мамой. Однако сейчас Евгения утверждает, что ни за что, ни за какие блага мира не согласилась бы миновать сквозь это вновь.

«Это Даша, ее все бесит»

В большенный Жениной машине ее подопечные сидят рядами. Дружок за дружком — Аня, Маша, Алеша, Даша и Сеня. Пятеро из ее теперешних одиннадцати. Мы знакомимся, доколе Женя идет забирать из садика меньшего — пятилетнего Петечку.

Очень милые ребятки, наглаженные, покорливые. Вперебой рассказывают о себе и о том, будто любят приемную маму. «Она самая лучшая». «Нам живется хорошо». «Мы ходим в школу и получаем важнецкие оценки».

Самый старший — Алеша, ему 15, — перехватывает инициативу. Представляет остальных. Вручая каждому(кроме себя)суровую характеристику. «Вот это Даша, — кивок на соседнее сиденье. — Ее все бесит. Бесит шкаф — и она бьет шкаф. Бесит телевизор — она бьет телевизор». Даша, в очках с огромными диоптриями(у нее минус 15), заливно хохочет в ответ. «Назади Маша. Она любит рыдать. Не рыдает всего тогда, когда играет в планшет». Маша похожа на Дашу будто кровная сестра, тоже в очках, всего у нее зрение — плюс 18. Обе девочки, узнаю я запоздалее, из Сергиево-Посадского младенческого дома для слепоглухих ребятенков, поэтому придерживаются дружок дружка.

— Сеня у нас хрюша, — продолжает Алексей. — Он не умеет есть. Ложку проносит мимо рта, потому что не видит рот, и нам доводится все за этим свинюшей убирать.

— А ты, Леш, какой?— спрашиваю я мальчугана.

— Я интеллектуально малоразвитый, однако капельку, — благоразумно объясняет он. — Я перебежал в девятый класс. У меня есть барышня. Еще я люблю рисовать.

— Чего?Ничего ты не рисуешь, — мама Женя распахивает дверь машины, передает крохотного Петечку на заднее сиденье, визгливо заводит мотор. — Леха — дико ленивый, он вообще ничего не делает. Мы его настолько и кличем: ленивый тюлень.

— Будто не рисую?! — обижается мальчишка.

— Ага настолько, не рисуешь, а врешь, — парирует мама Женя.

Пытаюсь предотвратить намечающуюся перепалку:

— Сложно им дружок с дружком и с вами, ага?

— Ага нет, дружок с дружком будто один проще, — отвечает Женя. — Потому что они все — одного поля ягоды.

Мы сразу переходим на «ты» — может быть, потому что давненько водимся в Интернете. Собственно там я прочла шокирующие признания многодетной приемной мамы Евгении Хохловой, ее «каминг-аут». Баба предельно открыта: несмотря на то, что важнецки глядит к детдомовским ребятишкам, беспокоится о них, кормит, лечит, она говорит, что не способна их полюбить настолько же, будто кровных.

Впрочем, будто она считает, и они ее тоже не любят, будто должны были бы. И от этой непереносимой, нечуткой ноши, какая тянет долу, безвременно или поздно наступает эмоциональное выгорание. У всех.

Я покумекала, что этот пост — лишь минутная слабость под аховое надвигаться, тем более что в соцсетях Женю утешали кто всего мог, ага и она сама вскоре вроде бы капельку успокоилась, однако когда я попросила ее об интервью — собственно об этом, о нелюбви, — неожиданно бойко дала согласие. «Ага, я расскажу все, сквозь что миновала сама. Чтобы иные покумекали, прежде чем сделать подобный шаг. Даже те, кто, будто считает, важнецки подготовился, посещал школу приемных родителей, скорее итого и не предполагает, что его на самом деле ждет. А для меня это был шок, алкая я и не из малодушного десятка».

Она говорит, что век алкала иметь приемных ребятенков. И чтобы беспременно бессчетно. Таковая вот с малолетства заветная греза. Все началось с того, что в школе училась вкупе с детдомовскими, дружила с ними, подкармливала. Все давненько уже вымахали, создали собственные семьи, опростались своих ребятенков — однако по-прежнему поддерживают взаимоотношения в соцсетях. Из восьмерых не сложилось всего у одного.

И она покумекала, что сверится. Один-одинехонек против семи — недурной расклад.

«Аня не реагировала на речь»

«Первой была Аня. Я взяла ее, когда моему младшему Гордею миновал год. Я век алкала приемную дочку: кровная у меня всего одна, другие мальчишки. Бантики, платьица, все такое… Однако на девочек, необычно здоровеньких, большенный спрос. К четырем годам разбирают утилитарны всех. Остается… неликвид. От Ани отчего-то отказались десять претендентов, однако я, тогда еще витающая в облаках, не видала спереди особых сложностей. А когда я осознала, что встретила в свою семью абсолютно чужеродное существо, было поздно.

Аня случалась у нас. Однако одно девало, когда играешься с ребятенком во времена кратковременного свидания, и иное — начинаешь беспрерывно выносить за ним горшок, вытирать сопли. Я вдруг почувствовала антипатичный запах, какой выступал от нее и какой меня сильно… нервировал. Я не разумела: что мне с этим делать, будто жить отдаленнее?Фантастика, однако сквозь несколько месяцев у приемного ребятенка меняется метаболизм, и он начинает пахнуть иначе. По-домашнему, что ли. Однако эти месяцы надобно было как-то перетерпеть!..

Вначале я кумекала, что Аня глухая: она не реагировала на речь, и поэтому ее диагноз — интеллектуально малоразвитая — был совершенно… к месту. Впоследствии я осмыслила, что она все-таки слышит. Попросту не осознает, что надобно отвечать: в приюте человеческую речь они воспринимали фоном, воспитательницы беседовали дружок с дружком, а к ним обращались лишь по делу, поэтому Аня и не улавливала чужие слова. Взялись с того, что я взирала напрямик ей в бельма, чтобы она разумела, что это разговаривают с ней, а не с кем-то еще.

Сейчас Ане — десять. Она посещает коррекционную школу. Занимается там на «четверки» и «пятерки», всерьез занимается танцами. Инвалидность же нам впоследствии не подтвердили — взговорили, что излишне умная».

…Окраина Сергиева Посада. Сюда их дом переехала почитай год назад, выменяв квартиру в Москве на двухэтажный коттедж. Путь, истина, отвратная — за заключительные полгода Женя вчистую раздолбала подвеску своего кроссовера, зато простор, воля, лес в ста шагах.

Огромный особняк, в каком прежде жительствовали мама, папа и один-одинехонек детище, однако им стало узко. Что ж, у всякого свои зрелища о большущем доме. По мне, настолько здесь будто на футбольном поле. Огромный холл, кухня, будто для исполинов, лестница… И детвора Жени Хохловой — все одиннадцать, словно футбольная команда — ее команда.

«Погодите, вот завидите остальных: Людмилу, Рустика, Вову… И мои двое — Гордей и Жорик. Сейчас всего минутку передохну и починю электричество — это наш «кулибин», Вовчик, он все времена что-то паяет, чинит и ломает, предохранители летят к бесам, — Женя щелкает кнопками на щитке — свет загорается. — Вовчика я взяла вкупе с Алешей: век стараюсь брать ребятенков попарно или по трое, всегдашне ровесников… Вова у нас ужасно назойливый. Временами говоришь: не мешай, отойди, дай побыть хоть капельку одной, а он все равновелико стоит за спиной. Понимаешь, он очень дрожит остаться один-одинехонек, что однажды все уйдут и его бросят. В три года его нашли на автобусной остановке, он подкидыш».

«Жалеть невозможно никого»

Она сразу постановила для себя, что берет всего тех, в ком увидит перспективу. Для кого реально может что-то сделать, как-то помочь. Чтобы уж аккуратно не зря.

«Лешку я осведомила по старшим ребятенкам, взятым из того же детдома. Он ко мне и прежде просился. Я пообещала, что заберу, когда старшие выпустятся. Слова надобно выполнять. Сейчас, если беспорочно, жалею об этом, потому что проблем с Лехой оказалось вяще, чем плюсов.

Не взирай, что он подобный галантный и благовоспитанный. Он попросту умеет себя подать перед инородными. Лекари в больнице настолько хором мне все говорят: «Какой у вас милый мальчишка!» А на деле он балбес и ничего не делает, даже спит без простыни. Всего говорит без продыху, выговаривается… Пять лет Леха просидел на аминазине. Двадцать с избыточным один его отправляли в психиатрическую больницу. Мы его вытянули, однако, натурально, интеллект нулевой, и еще психопатия. Сейчас пытаемся с этим справиться».

С таковским числом ребятенков и их диагнозов Женя уже может заменить средней десницы педиатра. А педагогом и психологом она была и до того. «Я опамятовалась работать в школу, педагогом рисования после архитектурного, еще в 90-е, чтобы быть подомашнее к старшему сыну. Очень боялась заходить в класс и не разумела, будто надобно себя вести, чтобы детвора не съели. У нас вкалывала учительница математики, какая меня научила: ты должна вести себя на уроке настолько, чтобы они ощущали, что в тебе есть стержень, и вот я этот стержень годами нарабатывала. И сейчас ее уроки мне очень пригодились. В моей «футбольной команде» у меня все жестко. Скажу сразу, что жалеть невозможно никого. Иначе сядут на шею. Если поутру в горнице черномазо и постели разбросаны, не посажу за стол всю комнату — вначале уборка. Предупреждаю об этом сразу, чтобы впоследствии никто не был антипатично изумлен. У нас две комнаты для мальчишек и две — для девочек».

Одна живет всего Люда — она единая из приемных ребятенков безотносительно крепкая.

Руслан и Людмила

Брат и сестра. Однако дружок другу абсолютно будто чужие. Может быть, потому, что 12-летнюю Люду воспитывала баба. А мальчугана Рустика, он на год младше, — мама. Мама его боготворила, однако велико выпивала. Она и сейчас пьет, ее решили родительских лев, а баба год назад загнулась.

Люда занимается без «троек». Она жестко знает, чего хочет: не быть похожей на свою мать.

С Рустиком все гораздо сложнее, в том числе и по диагнозам. В пять лет ему не дали поиграть в игрушечную машинку — он пошел и выпрыгнул из окна с пятого этажа. На глазах у Людмилы.

К Бабе они тоже опамятовались парой. Однако всякий будто сам по себе. У них еще старшая сестра есть, абсолютно взрослая; с ней Люда водится, ездит в гости. Женю Люда тоже уважает, потому что видит, сколько та для них делает.

Люда единая, кто это ценит с абсолютным пониманием. Даже выложила камешками на асфальте перед домом надпись: «Мама, спасибо». Мама — это Женя.

«И все-таки Люда и Рустик — изначально домашние детвора, пусть и запущенные. Домашние велико выдаются от детдомовских. Потому что помнят, будто оно иначе, — пусть с водкой, с тем, будто у Сени, какого мама до трех лет привязывала к батарее, когда приводила домой новых дядек, однако иначе», — усмехается Женя.
Шокирующие откровения приемной матери: «Этих детей невозможно полюбить»
Четыре месяца рыданий

Вдруг захотелось взять абсолютно крохотного, попробовать, каково оно. Однако оказалось, что все в принципе то же самое.

На горшок в два года Петечка садиться не умел. По сорок минут пытались с ним сделать эти девала. Однако всякий один — несусветный вой. А сквозь пять минут после того, будто отпустят, грязнил штанишки. «Я не могла понять, что же с ним таковое. Может, болезнь?Природная патология?Азбука читать специальную литературу. А там написано, будто это величаво, будто мы со своими детишками обращаемся. Малыш, если покакал, мама ликует, зацелует его итого. А на Петечку всего и орали в доме ребятенка: «Вот сволочь!Опять!»

Нянечек тоже можно понять, у них таких, будто Петя, миллион, а он настолько дрожал этой ругани, что придерживался до заключительного. Я азбука его тренировать. За всякий добровольный горшок вручала по конфетине, и сквозь два дня — будто откромсало, все прекратилось».

Истерики после того, будто забрали из детдома, были почитай у всех ребятенков — по поводу, без предлога; мама Женя считает, что это были ломки, будто от наркотической подвластности. В казенных учреждениях, оказывается, ребят содержали на успокоительных, чтобы крохотнее орали. А дома лекарств не было, и их начинало колбасить.

«Мне посоветовали никак этот процесс не провоцировать, позволять делать все что охота. Не мешать. И к вечеру одна из моих девочек начинала, всегдашне сидя посреди комнаты, рыдать будто полоумная, без объяснения причин. Что случилось?.. Оказывается, в организме должен был вырабатываться адреналин. Какой призван замещать эти таблетки. Вот она его своими рыданиями и вырабатывала». Однако эти четыре месяца постоянных рыданий надобно было пережить!

«Сделала из семьи коммуналку»

Эх, ей бы Женьку сюда, и Евгения, будто она сама говорит, была бы полностью, до концов безоблачна. Женька — это тезка. Той 18. Она из Воронежа. С мамой Женей Женька познакомилась по Интернету, и вскоре та ее забрала.

«Женька — заводная, отходчивая, с ней весело, ни за что не скажешь, что у нее тоже этот диагноз, однако в самой воздушной фигуре — у нас таких полстраны», — уверяет меня Евгения Хохлова.

«Женька влюбилась и вывернула замуж, сразу же опросталась. Я в ней себя вижу — потому что сама тоже вывернула в 16. Будто я могу ее этим попрекать?Вот все жду, когда она поумнеет. Всего за эту зиму ездила к нам с грудным ребятенком три раза: «Мама, мы расстались навсегда». Однако боготворимый звонит — и она вмиг срывается обратно».

Благоверный говорит, что надобно выдержать паузу, невозможно, чтобы она туда-сюда моталась, пусть тогда разводится, что ли, и возвращается насовсем.

«Женька — это Женька. Еще есть Санек, какого я в былом году выпустила, он на сто процентов стал моим сыном, приезжает помочь и скучает реально. А остальные… Водимся, безусловно, у них квартира от царства раздельная, насыщенная индивидуальная жизнь — напишут один в месяц, а то и жиже в почту, что все в распорядке, «целуем и любим», вот и все».

Вначале она кумекала, что ей будет все равновелико. Ну, не любят и не любят, это же попросту труд. Ведь не ради любви она их взяла — для любви есть благоверный, кровные детвора, коллективная труд. Однако чем отдаленнее, тем больше щемило сердце, тем напраснее казалась жизнь: она для них — все, а они будто не видят этого, не чувствуют, не понимают. Почему?.. И с всяким взятым ребятенком вопрос этот вставал все с большей и большей остротой. С всяким новеньким она все отдаленнее удалялась от ответа. А ожидала-то, что все будет наоборот.

«Я вдруг осмыслила, что своей семье уделяю крохотнее времени из-за детдомовских. Почувствовала, что отбираю у родных то тепло, в каком они бедствуют. Сделала из семьи проходную коммуналку. Повесила свою детскую мечту на своего благоверного, на своих ребятенков, какие ни в чем не виноваты. Они не выбирали эту жизнь. Однако они меня любят и поэтому вынуждены с ней примиряться. И я сама перестала быть солнечным лучиком, каким была прежде. Погрязла в быту и решении всего их проблем. Благоверный, под предлогом ремонта дачного дома, свалил, выдохшись от этой тухлой, ничем не веселящей жизни. А мне и бежать-то невозможно. От стольких…»

Ее собственным ребятенкам тоже сызмальства доводится отвоевывать свое пункт под солнцем. Влад, «кулибин», когда опамятовался, взялся на всех наезжать — он же субъекта самый взрослый. Однако Жорик, алкая ему итого одиннадцать, его осадил: «Знаешь, ты тут без году неделя, а я шесть лет несу ответственность за всех этих девочек и за маму, поэтому здесь главнейший я, был и буду».

Временами она садится и вечерками тупоголово смотрит сериал, попросту чтобы никаких дум в котелке не осталось. Ни плохих, ни хороших. Уже шесть лет без лева переписки. А спереди — бесконечность. Быть мамой — это пожизненный срок.

Расстройство привязанности

Ее Гордей с Жориком недавно отъехали к бабе, настолько Женя, будто говорит, без них разболелась боязно. Гордюша приехал, пристал, она будто к нему прилипнет: «Заряди меня». Чужие детвора такового не дают. У них батарейка порожняя.

«Однако себя они любят. Очень даже. Эгоцентристы. «Я, я, я»… Мне будто, что заключительные годы в детских домах их изуродовали добросердечном — бессчетные спонсоры с гостинцами, волонтеры… Они воспитывают ребятенков потребителями. Весь мир — это они, а другие — настолько, обслуга. Сами волонтеры нелицемерно верят, что совершают свои поступки во благо иным, а на самом деле ведь тоже всего для самих себя. Все мы одинакие в этом плане».

У ее отказников поголовно — реактивное расстройство привязанности. Те первые годы жизни, когда должен быть беспрерывный тактильный контакт с матерью, вербальный и бельма в бельма, — они его проворонили. Это не их вина. Они — будто древние океанские окаменелости, каким по сто миллионов лет, и пропитать эти камни водой, ощущениями, любовью, вернуть их к жизни невозможно, сколько ни норови, считает Женя.

Пару лет назад к ней заглянула подруга и, будто бы подсмеиваясь, осведомилась Аню(та еще крохотная была, всего осваивалась): «Анечка, будто ты мне нравишься, пойдем ко мне жить?» — «Пойдем», — и уже руку простерла.

«Понимаешь, ей было все равновелико, с кем пойти, куда, зачем… — вздыхает Женя. — Ныне одна тетя-мама, завтра иная. Аня с годами изменилась, безусловно, эмоционально уже приросла, однако ведь на этом безразличии ребятенков сломались многие родители, даже те, кто были готовы чужого ребятенка нелицемерно полюбить».

Песьи кости

Она открывает мне и еще одну горькую правду: если ребятенка изъять, того же Петечку, к примеру, то уже сквозь две недели, за конфетку или похвалу, он даст против приемных родителей любые свидетельства — опять же из-за последствий реактивного расстройства привязанности; он попросту не осознает, к чему могут ввергнуть его слова.

«Они же все видят. Что приходит комиссия, что нас беспрерывно проверяют. Тем более что эту трагическую историю — с фамилией Светланы Дель — бессчетно обсуждали. Индивидуально я Светлану не осведомила. Однако могу представить, что там приключилось. Ведь из всякого высказывания приемного ребятенка при вожделении можно сделать провокацию, из всякого!Например, Петечка, которому итого пять лет, когда ему чего-то не дали на полдник(а ему многого невозможно, у него аллергия), заявил: «Вот вы мне не дали сладкого, а когда придет опека, то я всем скажу, что вы меня бьете»…

Или Вова, которому четырнадцать. Я покупаю на базаре кости для нашей псины, Вова спрашивает: «Что это?» — «Песьи кости», — кумекала, что таковое объяснение не потребует никаких разъяснений, настолько нет, он умудрился учительнице по биологии сообщить, что его родители, мы то есть, убивают бродячих псин, чтобы их костями накормить нашего пса. И в принципе настолько можно привязаться к любому слову.

У нас важная опека, реалистичная, могу сказать, что мне повезло. Все понимает. Однако это я настолько думаю, а будто там на самом деле — безвестно.

На всякий случай поставила по всему дому и участку видеокамеры, чтобы обезопасить свою семью. Они же детвора, падают, синяки ставят — что и кому я впоследствии докажу?..»

Однажды она вдруг покумекала, что когда умрет, то над ее могилой будут стоять всего ее кровные детвора и, быть может, Аня, Женя и Сашка, а другие перешагнут и тут же забудут. И от этой безысходности и не высказанной никому конкретно обиды, от невозможности что-то изменить — хоть головой об стенку колотись!— и родился тот горестный пост-признание в соцсети.

Насильно мил

Пару лет назад благодаря Интернету приключилась революция. Все кинулась делать шокирующие социум признания. Например, будто и кого насиловали в малолетстве.

Молодые мамочки тоже выворачивали душу наизнанку, будто они не любят собственных новорожденных ребятенков, однако вынуждены изображать неземные ощущения, потому что иначе их не поймут: в нашем мире есть внятные правила, будто надобно глядеть к потомству, шаг влево или вправо — расстрел.

Приемным же родителям — и того аховее.

Если берешь малыша из детдома, априори намечается, что жестко знаешь, на что идешь. Когда ребятенка возвращают возвратно, потому что невозможно ужиться вкупе, — это подлость. Изводись, круши свою собственную жизнь, однако терпи.

А когда терпеть уже нет мочи?Если сделанный однажды выбор — ошибочен?

Поэтому, если придется делать выбор вновь — возвращать или бесповоротно усыновлять, она оставит не тех, кого ей самой жалостно отдать, а тех, кто без нее не сможет жить отдаленнее. И это не Петечка: алкая она и растила его с двух лет и очень к нему привязалась, однако он сам, если мамы Жени вдруг не станет, абсолютно не истреплется.

«Разумеется, я не хочу возвращать их в младенческий дом, — размышляет Евгения Хохлова. — Буду переть этот крест, как позволит здоровье. Алкая вот сейчас вам настолько говорю, а сама еще не знаю, будто оно может обвернуться. Если после истории с фамилией Дель примут закон о том, что мы, опекуны, должны либо усыновить всех приемных и отказаться от льгот и выплат, став им взаправдашними родителями, либо отдать их возвратно на попечение царства, — верно, все же отдам.

Я уверена, что у них не будет большого стресса, если их вернуть, вряд ли станут особо страдать и переживать. Понимаешь, мы беспрерывно выносим свои собственные эмоции на этих ребятенков, даже не предполагая, как они — иные. Ага с чего мы вообще взяли, что этим ребятенкам ахово в младенческом доме?Что они все поголовно хотят в семью?Они вообще не знают, что это таковое, — они хотят свободы и отсутствия обязательств, и точка».

Настолько есть ли он — свет в гробе туннеля приемного родительства?

Любовь

Наш разговор с Женей прерывает врывающаяся из кухни Люда: «Мам, Вова и Лешка не дают мне разрезать пиццу. Будто они меня отхватили!» Затем — ноющий Гордей: «Мам, я кушать хочу!Хочу пиццу, пиццу, а они ее все никак не поделят!» — тут же кидается к матери на колени, обнимает ее, замирает. На кухне грохается тарелка. Возгласы и новоиспеченные вскрики. «Шесть пицц поделить напополам, по полпиццы на человека, сколько это будет?Двенадцать!А нас — одиннадцать. Значит, одна пицца избыточная!» — считают подопечные.

— Ничего себе избыточная!— возмущается мама Женя. — А я уже и не человек, что ли?..

«Когда нам говорят, что мы добываем на детях, — я даже не знаю, что и ответить. Кто добровольно согласится на такую жизнь?До приемных я владела гораздо вяще, если в пересчете на каждую душу, плюс выходные, отпуска, возможность делать что хочу. С ними же я ничуть не обогатилась, — вздыхает она. — Зато мне теперь беспрерывно надобно что-то кому-то доказывать: опеке, обществу, волям, даже самим детям…»

И таковские мысли — они беспрерывно ворочаются в ее котелке. Днем, ночью… Остатнее времена касательство к приемным фамилиям изменилось в худшую сторону, и все это видят. «Верно, это верно, чтобы в одни десницы давать не вяще восьми ребятенков и не вяще трех инвалидов, иначе их попросту невозможно адаптировать к реальной жизни. Ага и сам приемный родитель пропадет, выгонит эмоционально, прежде чем к этому привыкнет. Однако те семьи, какие себя уже важнецки зарекомендовали, — к ним другой подход должен быть. Утилитарны у всякой большенный семьи есть своя специализация. У кого-то это, будто у меня, психиатрия, у кого-то — опорно-двигательная система, некто собирает всех талантливых. Зря смеешься… Побегай по кружкам каждодневно со всеми одиннадцатью — и поймешь. У меня всего одна Галя танцами занимается ага Гордей с Жорой — самбо, и то я замучилась всюду успевать».

Несколько лет назад в Москве возник пилотный проект, какой плотно обсуждали: кто возьмет пять ребятенков сразу, тот получит муниципальную квартиру по соцнайму. Приемные родители предупреждали, что в этом случае детдомовских начнут брать ради квадратных метров — те же приезжие, настолько почему бы не дать эту жилплощадь тем, у кого уже и настолько бессчетно ребятенков и кто проверен?Однако им взговорили, что пятерых надобно добрать к уже водящимся, а куда той же маме Бабе, к примеру, к ее одиннадцати еще пять?!

…«Верно, я излишне мрачную картину перед тобой нарисовала, и если бы я относилась к этому всего будто к работе — от 10 до 18, то будто труд все меня вполне устраивает. Однако ведь я хочу еще и любви. Я же живая!..»

Женя Хохлова изливает мне душу, однако не просит ее жалеть. Ничего тут не изменишь. Может быть, впоследствии, когда-нибудь, со временем… А доколе она делает что надлежит, а там будь будто будет.

Попросту таковая жизнь. И на самом деле ей все равновелико, кто будет стоять у ее могилы. Лишь бы все у них было важнецки. Она же мать.

P.S. Имена ребятенков изменены по этическим соображениям.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

комментариев

Свежие новости

21:39
Как правильно участвовать в тендерах?
21:00
Как улучшить автономность смартфона?
20:32
Леванте арендовал защитника Шальке Коке
20:32
Форвард Шальке Эмболо забил свой первый гол больше чем за год
20:32
Торино - Наполи. Чемпионат Италии по футболу. 17-й тур. Обзор матча онлайн, стартовые составы, результат и статистика. 16.12.2017
20:31
Озил принес Арсеналу победу против Ньюкасла
20:31
Мыскина рассталась с отцом ее троих сыновей
20:31
Челси минимально переиграл Саутгемптон и догнал МЮ
20:30
Манчестер Сити - Тоттенхэм Хотспур. Чемпионат Англии по футболу. 18-й тур. Обзор матча онлайн, стартовые составы, результат и статистика. 16.12.2017
20:30
Боруссия Д - Хоффенхайм. Чемпионат Германии по футболу. 17-й тур. Обзор матча онлайн, стартовые составы, результат и статистика. 16.12.2017
20:30
Эйбар - Валенсия. Чемпионат Испании по футболу. 16-й тур. Обзор матча онлайн, стартовые составы, результат и статистика. 16.12.2017
20:30
Арсен Венгер: Хорошо, что Озил стал забивать важные голы
19:31
Алексей Улюкаев после первой ночи в СИЗО: «Сыт по горло»
19:31
Кот пресек побег черепах из иркутского зоопарка
19:31
СМИ: кандидат в президенты Собчак спела про задницу
19:30
«Думала, сгорели»: младшая сестра Жанны Фриске обнародовала старые фото певицы
17:01
Бенчич выиграла третий турнир подряд
17:01
Эдуардо Бериццо: Мы решим, что делать с Нзонзи во время паузы в чемпионате
17:01
Виктор Гончаренко: Я не согласен с тем, что сейчас самый слабый чемпионат России
17:01
Жерар Пике: Было бы здорово сыграть против Манчестер Сити в финале Лиги Чемпионов
17:00
Почеттино больше не обижается на Гвардиолу
17:00
Интер провел переговоры с агентом Пасторе
17:00
Станимир Стойлов: Впервые слышу об интересе Ростова
17:00
Юрий Жирков: Думаю, любой игрок хотел бы остаться в Зените
17:00
Интер - Удинезе. Чемпионат Италии по футболу. 17-й тур. Обзор матча онлайн, стартовые составы, результат и статистика. 16.12.2017
17:00
Массимо Каррера: Все в Спартаке стали друзьями
16:31
Новейший российский автобус Volgabus Ситиритм12Е: кто и как его создавал
16:30
С марта водители в России будут обязаны возить с собой светоотражающий жилет
15:30
Когда дебютируют флагманы Huawei P11? Сделает ли компания важный анонс на CES 2018?
15:00
В Кабардино-Балкарии завели дело после нападения боевика на полицейских
13:00
В Норвегии кот выжил после стирки в стиральной машине
13:00
Под Нижним Новгородом столкнулись автобус и грузовик
12:31
Диего Марадона: Говорил Пересу подписать Мбаппе, но он сказал, что у него есть Роналду
12:31
Жозе Моуринью: Если будут предлагать хорошую цену, мы рассмотрим предложения по Мхитаряну и Шоу
12:31
Марко Фассоне: Милан будет открыт для предложений, если Доннарумма захочет, чтобы его продали
12:30
Лучано Спаллетти: Хочу видеть в Интере Рамоса, Иньесту и Санчеса
12:30
Жена и агент Икарди: Сердце Мауро и наших детей принадлежит Интеру
12:30
НБА. Брайант выбрал Леброна в качестве игрока, с которым хотел бы вместе играть на пике карьеры
12:30
Почеттино опасается, что звезды Тоттенхэма последуют примеру Уолкера
12:30
НБА. Аарон Гордон получил травму икроножной мышцы
Больше новостей